Первая кровь

otrageniya
, 29 апреля 2019 в 13:07


То, что мы видим на картинке - это не "ми-ми-ми", а беспощадная и неотвратимая машина убийства, сын русской голубой кошки - крысолова и засекреченного отца, шлявшегося по кремлёвским подвалам. Когда летом этот милый котик выезжает на дачу, там образуется мертвая зона. Перефразируя Булата Шалвовича Окуджаву, можно сказать так:

Здесь птицы не поют,
Здесь мыши не ползут,
И лишь кроты, за рядом ряд
Ложатся в землю тут...

И это ни разу не гипербола. Уже много лет на дачном участке существует неофициальное захоронение мышей, птичек, кротов и землероек. Возможно, среди фрагментов есть и другая фауна, но опознать её после работы профессионального киллера не представляется возможным. А окрестные матерые коты все лето ходят с неизменно разорванными ушами и, почему-то, поодаль. Но таким он был не всегда. В далеком 2005 году, когда кот по кличке Ластик (конечно, это псевдоним, который, как и у любого уважающего себя киллера должен абсолютно несоответствовать характеру) был ещё подростком, не едавшим ничего, кроме "Фрискаса", к нам в дверь позвонила Кошачья Судьба.
Это была сестра подруги жены, у которой в соседнам многоэтажном доме на 6-м, кажется, этаже, вдруг оказалась мышь. После прозрачных намеков на тяжкую судьбу малолетнего ребёнка, который, по мысли мамы, может заболеть энурезом и стать заикой от одного вида мыши, мы с Ластиком согласились посетить её квартиру за небольшую мзду в виде пакетика с кошачьим кормом в случае удачного исхода операции. И, конечно, я не мог отказать себе в удовольствии опробовать свежеподаренный пневматический пистолет-переломку "Иж". Сказать по правде, я в глубине души сомневался в охотничьих качествах глубоко домашнего юного кота, и решил подстраховаться. Прикрыть, так сказать, с тылу. А то вдруг, думаю, от вида живой мыши кот сам заикой станет. ...Когда кот оказался в помещении, где была замечена дичь, он повел себя, как заправский егерь. Т.е., сел посреди комнаты, осмотрелся, прислушался и быстро вспрыгнул на второй этаж двухярусной детской кроватки, затем пошел через комнату к балкону, покрутился там и вернулся. "Ой, какой чуткий, она как раз тут и бегала," - уважительным шепотом сказала молодая мама. "Фонарь неси," - ответил я и зарядил пистолет. В это время кот уставился под кровать, куда-то в узкий промежуток между ножкой и тумбочкой. И замер. Только слегка покачивался кончик хвоста. Подоспела мама с фонарем и мы, наклонившись и подсветив, увидали неприятеля. Мышь забилась в щёлку, сидела к нам в профиль, достать её кот не мог, а сидеть у кровати часами в мои планы не входило. Да и пистолет пора бы опробовать. Лежа на полу, я аккуратно подвел мушку под ухо мыши, выдохнул и плавно потянул спуск. Воздух взорвался мышиным писком. Дело в том, что пистолет был ещё не пристрелян и вместо знаменитой "белки в глаз" получилось "мышь в задницу" с 2-х метров! Кот посмотрел на меня так, как если б я его проиграл в карты. Презрительно и осуждающе. Потом повернулся к пищащей мыши спиной. "Я подранков не беру! Сам напортачил, сам и вынимай, охотничек криволапый" - говорила вся его поза. Пришлось произвести контрольный выстрел в голову, а потом доставать с помощью швабры отдельно мышь, отдельно хвост и давать маме нашатырь. С тех пор кот, получивший такую тяжелую моральную травму в юности, стал неоправданно жесток к фауне и другим котам. И уже в зрелом возрасте, пару лет назад, у него в доме вдруг появилось то, что он всю жизнь считал главным злом, то, от чего он отбивался смертным боем или убегал, если силы были неравны. Вернувшись в очередной раз в конце лета домой, он увидел СОБАКУ. Маленького трехмесячного щенка таксы. И мир кота-убийцы опрокинулся.">">