Боюсь, что сын уйдет

У меня есть один страх. Страх, что Гриша когда-нибудь уйдет из дома.

Знаете, я как-то закопалась в сайте Liza Alert, и меня поразило осознание того, что, кажется, большая часть пропавших детей, - это дети, сами ушедшие из дома. Наверное, обычно такие находятся. Но факт остается фактом. Дети уходят. Уходят в обиде, в злобе. И на этих эмоциях с ними может произойти все, что угодно.





Им плохо, их не понимают, их обидели, или им так кажется.

Гриша в целом склонен к подобным актам. К уходу в одиночестве, к погружению в себя. Он много раз терялся у меня. Будучи маленьким, он мог просто пойти туда, где ему интереснее. Если ему было скучно на площадке, он просто шел на другую. Не от обиды, а от ощущения себя. Я хочу уйти, и я иду.

Я очень старалась это все обсуждать и прояснять, и сейчас он не уходит молча. У него нет потребности уйти втихаря, потому что я всегда отпускаю. И он знает, что мне важно знать, где он. И он приходит и предупреждает. Иногда приносит телефон мальчика, к которому собрался в гости. Или просит меня записать ему мой телефон, чтобы дать его маме нового друга, к которому собрался идти. Для связи.

Этот момент я считаю более или менее отработанным.

А вот тема ухода при обиде меня волнует по-прежнему.

Вообще, с обидами Григорий справляться умеет. Сам. Но ведь степень и причина бывают разными.

Помню, мы поссорились из-за чего-то еще в квартире. Он молча оделся и попросил открыть дверь. Я спросила, куда он, сказал, что пойдет вниз. Ушел. Обнаружив, что подъезд из окна не видно из-за листьев, я тут же сбежала за ним. Сидит на скамейке (то есть уйти совсем идеи не было, расстройство не выключило разумности). Поговорили. Оказалось, решил уйти из квартиры, чтобы меня не бесить. Потому что мне без него явно лучше, чем с ним. А у него не получается меня не сердить.

Обсудили, помирились, вернулись домой вместе.

Выходит, у него даже не обида на меня была. Но мысль о том, что он не соответствует. Что ему надо уйти, потому что он недостаточно хорош. Еще сложнее.

Много-много раз говорила обоим о том, что люблю их, что бы они ни делали, что родители не могут не любить ребенка и так далее. Что если ругаюсь, то на поступок, а не потому что не люблю. Чуть ли не каждый день говорю. Уже года два.

У Алисы был похожий момент. И тоже в 6 лет примерно. "Вы меня не любите" назывался. Прошел. Очень качественно прошел. Но и тогда она не уходила и не пыталась, и похоже, что и мысли такой не было.

Последнее время Гришино отношение к ссорам обострилось. Если у Алисы было женское "вы меня не любите", то тут мужской вариант "я плохой".

Когда я сержусь, начинает считать себя плохим. Мама хорошая, и он ее любит, но мама не может любить Гришу, потому что он плохой. Примерно так звучит расклад в момент ссоры, особенно его затронувшей.

И вот ровно эти эмоции в его случае могут (мне кажется) когда-нибудь спровоцировать уход. Просто сочтет, что всем будет лучше без него. В общем, мы с Алисой вместе над этим работаем. По ходу, она тоже чувствует, что надо много-много говорить, как мы Григория любим. Даже когда обижена на него, все равно говорит.

Думаю, у меня есть еще лет 5-6, за которые я должна убедить этого мальчика в том, что что бы он ни сделал, он – самое ценное, что у нас есть. Думаю, должно получиться.