Гужвагейт

ibigdan
, 25 июня 2017 в 18:14
В Гужвагейте прекрасно всё.



Прекрасен главный герой. Прекрасны его верные друзья и группа поддержки. И особенно прекрасна реакция медиасообщества, для ряда представителей которого эта история стала лакмусом. И мучительным выбором — как бы так поддержать Гужву, чтобы не поддержать Гужву?

Очевидно, что вписаться за него открыто могут себе позволить лишь те, кто по жизни ублажает антиукраинскую аудиторию и может себе позволить пренебречь своей репутацией в глазах всех остальных. Таким даже полезно — лишний раз покричать о политических преследованиях.

Также очевидно, что для части медиасообщества, для которой выживание страны дороже профессиональной солидарности, выбор стоит лишь один: отметить происходящее пивом с попкорном или всё же коньяком с лимончиком?

Но для условной «медиатусовки» возникает дилемма. Поддержать-то, если честно, хочется. И поддерживают. Пока аккуратно. Через «я Гужву не люблю, но…»:

– были процессуальные нарушения при задержании;

– это похоже на политические преследования;

– это испортит имидж страны в глазах Запада;

– какой бы он ни был, у нас свобода слова;

– я не доверяю прокуратуре;

– сегодня он, завтра другие.



На то есть несколько субъективных причин.

Во-первых, личные знакомства с коллективом «Страны.ua». Украинское журналистское сообщество маленькое. Все всех знают, многие дружат и ещё до войны как-то привыкли избегать идеологических разборок внутри этого маленького маня-мирка.

Во-вторых, и самое главное — боязнь оказаться на его месте. То есть в «сегодня он, завтра другие» под «другими» следует понимать «я и мои друзья». Потому что знают: делали ровно то, в чём сейчас прокуратура обвиняет Гужву.

Журналистов непросто привлечь к ответственности даже за самые грязные приёмы. Джинса ненаказуема. Размещение компромата доказать сложно — судебные процессы о защите чести и достоинства длятся долго и чреваты ещё большими репутационными потерями для истца. А вот популярная в последние годы статья заработка «оплата снятия публикаций» — вот это уже чистый криминал. Но раньше за неё как-то не винтили.

Теперь винтят.

И тут начинается самое весёлое. Уже сам скандал вскрыл то, что взятие денег за снятие компрометирующих публикаций — достаточно распространённый в нашей стране бизнес. А уж за их выставление — и подавно. Это происходит уже десятки лет, но принципы профессиональной солидарности и чувства самосохранения в тусовке медийщиков как-то сдерживали потоки прямых признаний и каминг-аутов.

А тут прорвало.



Кристина пишет чистую правду, и спасибо ей за это.

У украинских СМИ есть разные способы зарабатывать. Абсолютное большинство из них законны, но далеко не все честны.

Продажи, подписки, реклама, краудфандинг и гранты — честные способы. Но в нашей стране далеко и долго можно ехать разве что на последних, а они не для всех.

Прямая поддержка инвесторов может быть как честным, так и нечестным вариантом — в зависимости от того, что инвестор требует взамен.

Ставить чужие материалы за деньги — способ спорный, но не всегда грязный. Главный вопрос здесь: предупреждаешь ли ты читателя? Стоит ли над материалом плашка «реклама», «спецпроект», «спонсорский контент»? Если да, то заплатят намного меньше, но зато не станешь обманщиком.

Снятие материалов за деньги — пожалуй, один из самых грязных способов. И не вполне законный. О чём и идёт речь во всём деле Гужвы.

Так вот, большинство изданий стараются сочетать все варианты в тех или иных пропорциях. В крупных изданиях разные рубрики могут зарабатывать на разном. Бывают неожиданные компромиссы с принципами: например, в этот раздел джинсу ставим, а в этот — нет, это уже перебор. Кристина права, когда утверждает, что если снять все сомнительные способы заработка — украинский медиарынок если и не загнётся, то сильно поредеет.

Но как же замечательно выглядит сама мысль: власть может преследовать оппозиционных журналистов, не давая им врать читателю и арестовывая за шантаж героев публикаций!

Этим и полезен этот скандал. Не столько политической, сколько моральной составляющей. Это свежий ветерок, задравший юбки матронам, которые уже давно похожи на Мерлин Монро лишь спецификой половой жизни. Теперь читатель будет знать, кто ему мораль читает.

Впервые за много лет это было сказано открыто. И этого хватило, чтобы разверзлись хляби небесные. И все перестали стесняться говорить вслух о том самом очевидном и давно известном.



Вот вам, например, мнение нашего бывшего главреда.



А вот вам прейскурант одного из байеров и расценки. Предупреждаю: я не возьму на себя ответственность за достоверность ниже опубликованного, однако, как минимум, некоторые части списка совпадают с моими наблюдениями. Другое дело, что там явно смешаны расценки на «белые» (снабжённые соответствующими плашками) и «чёрные» публикации. Но зато оно даёт представление о масштабах и порядке цен.



Впечатляет?

Арест Гужвы — он не только о Гужве. Он о вскрытии давних нарывов украинской журналистики. Он о том, что тайное так или иначе станет явным. Даже если те, кто пытается его скрыть, заручились монополией на звание правдорубов. Он о том, что украинская журналистика в кризисе не потому, что против неё злоумышляют злые люди, а потому, что ряд персонажей привык читать пламенные речи о честности и гражданской позиции, держа одну руку на Конституции, а другую — на гениталиях. И хорошо, если на своих. И то, что этим страдали почти все, не значит, что это нормально.

Когда-то резьбу должно было сорвать.

Виктор Трегубов