Занятная охота и рыбалка

otrageniya
, 9 марта 2019 в 12:03

Всегда переживала, что пупсик станет охотником. Мне-то жалко любую скотину,  но мальчикам же свою мысль в голову не вставишь. Там и так места не сильно  много свободного. 

А у нас полно друзей с соблазнами, ружьями, охотничьими машинами,  снегоходами и сапогами до яиц. 

Сапоги особо ценны, они легко теряются в солончаках и болотах. Снегоход потерять труднее, большой очень. И в крайнем случае, по весне взойдёт  подснежником. 

Охотничьи друзья зазывали пупсика в степи каждый сезон. А  сезонов в году много. То на птичек, то на млекопитающих, то с рогами, то с зубами.

Пупс всегда  соглашался ехать, но в последний момент обстоятельства непреодолимой силы  останавливали бравого пупса. Ни разу до грязных сапог и сломанных дробью зубов  дело не доходило. 

Зато, домашний сарай исправно пополнялся амуниций  снайпера. Когда там появился второй бинокль и очередной тесак для разделки бизона, пупс задумался об организации собственного охотничьего  магазина. Поржали и раздарила добро друзьям.

И как-то подзабыли о пупсовой  карьере мясо-заготовителя. Благо, рынки предлагали мясопродукт уже в  рафинированном виде. 

Анализировать причины отсутствия убийственного опыта у  пупса как-то не приходило в голову. Не стрелял в зверушек и уже отличник!

А  вот рыбалку пупсик всегда отвергал, как занятие скучное и однообразное, пока не  оказался со спиннингом на острове в Карибском море. 

Почему-то ему  привиделось, что стоит закинуть с берега в море пустой крючок, как на него сразу клюнет тунец. ТУНЕЦ! КЛЮНЕТ! 

Я собирала ракушки на берегу и любовалась  самоотверженным рыбаком, стоящим в море по самое добро и методично закидывающим  спиннинг в надежде на рыбищу. 

Мне было не удобно ржать в голос и  рассказывать пупсику, что на мелководье хорошо ловятся водоросли и  полиэтиленовые пакеты. 

За десять забросов пупс потерял четыре крючка. Они  цеплялись за камни и оставались там. Но кого это смущает? Только слабаков. А пупс-то стоик и боец.

На пятый крючок был пойман подросток осьминога. Его зацепило  крючком за какое-то там по счёту бедро и выволокло на берег под горестные  причитания пупсика. 

Он не хотел горя чужим детям. Он тунца в дом хотел.  

Припав к слабо шевелящемуся детёнышу многоножки делал ему искусственное  дыхание и трясущимися руками снимал его с крючка.
Страдал по чужой боли  сильнее, чем раненая в пятку животина. 

Отцепив лапочку от лески, поцеловал и  выпустил на волю, наподдав на прощанье, чтоб от мамки не убегал. 

Зато сразу  прояснилась картина пупсиного мира. Он просто не в состоянии убить живое. Но и выдать себя друзьям-охотникам не мог. Брутальный пупсик оказался очень добр и не коварен. 

Отлично ведь, что мамонты все вымерли задолго до рождения пупса.