Линцское пирожное рассуждает о языкознании

peremogi
, 4 января 2017 в 12:55
Доктор Вельфер сплюнул.
- Он покупал всегда линцские пирожные!
Поручик Лукаш встал и заявил, обращаясь к Сагнеру:
- Благодарю покорно за такого взводного командира!


Профессор кислых щей Михаэль Мозер (Линц, Австрия) — кафедра языкознания Венского университета, а также УСУ (Ukrainische Freie Universität) в Мюнхене и Католического университета в Будапеште, исследователь украинского языка

http://likbez.org.ua/the-ukrainian-language-in-contrast-to-the-russian-was-created-artificially.html
Оцените уровень аргументации проффессора (орфография и синтаксис сохранены):

     Русский литературный язык начал создаваться лишь с эпохи Петра Великого, т.е. с начала XVIII века. Над его созданием мучились целые поколения писателей и ученых, которые пытались приблизить русский к уровню европейских языков (как, например, французского или немецкого). Несомненно, русский литературный язык по происхождению достаточно «искусственный».
    В нем довольно высокий удельный вес церковнославянских элементов (т.е. из чуждых простому народу заимствований из традиционного языка церкви): союз, облако, младший…).
    Кроме очевидных заимствований (маникюр, шлагбаум, аптека [последнее слово было заимствовано через польский, как множество других латинизмов и германизмов)), в нем также и огромное количество калек (влияние [совершенно нерусское слово по происхождению, чисто церковнославянское] < лат. influentia), трогательный < фр. touchant, пылесос < нем. Staubsauger, и даже такие отнюдь не русские по происхождению слова, как доступ < пол. dost?p, причина < пол. przyczyna, или даже если < пол. je?li).
      Даже в первые десятилетия XX в. мало кто владел русским литературным языком — увы, школьное образование в Российской империи было на чрезвычайно низком уровне, и народ в подавляющей своей массе был безграмотен.
      Империя пыталась навязать русский язык всем «русским», в том числе и так называемым «малороссам». Но русский литературный язык был малопонятен украинцам.
      Поэтому украинские деятели, следуя в русле общеевропейских процессов, принялись за создание украинского «литературного» (стандартного) языка. Украинские писатели и ученые старались избегать тех слов, которые не соответствовали закономерностям украинских диалектов, в частности церковнославянизмов, да и вообще стремились разрабатывать полноценный «литературный» (стандартный) язык именно на основании народных диалектов. Вместе с тем они понимали, что ограничиваться народными диалектами просто невозожно.
    Они также заимствовали слова из других языков, часто адаптировали их в соответствии с законами того же самого литературного языка, который они создавали (причем эти слова ну никак не более искусственные, чем вышеназванные русские) (вплив < пол. wp?yw < лат. influentia, власний < пол. w?asny < чеш. vlastn?, місцевість < пол. miejscowo?? < лат. localitas (см. также нем. ?rtlichkeit), унеможливити < нем. verunm?glichen).

Ни разу не палится австрийский проффессор, ни разу:

Тем не менее, украинцам из Австро-Венгрии все-таки удалось вывести украинский язык на довольно высокий уровень «литературности» (стандартности). В частности, в Австро-Венгрии украинский язык функционировал как полноценный «литературный» (стандартный) язык еще до Первой мировой войны.