Минутка жгучей правды от Хохлоины.

peremogi
, 14 февраля 2018 в 23:54
Снимки австрийского инженера Александра Винербергера, работавшего в 1933 году в Харькове, стали редчайшими фотосвидетельствами Голодомора


— Знаменитую фигуру девочки с колосками в руках (установлена в Киеве возле Мемориала жертвам Голодомора) скульптор Анатолий Гайдамака создал по мотивам одного из снимков австрийского инженера Александра Винербергера, — говорит главный научный сотрудник Института истории Украины доктор исторических наук, профессор Василий Марочко. — Винербергер прекрасно знал, что с советскими карательными органами шутки плохи: перед тем как приехать в Харьков, он почти десять лет провел в чекистских застенках (в Москве во внутренней тюрьме на Лубянке). Тем не менее этому мужественному человеку хватило смелости тайно запечатлеть в Харькове на пленку жертв голода. Сделанные им тогда камерой «Лейка» 52 кадра — огромная историческая ценность. Ведь фотографий тех страшных событий крайне мало — НКВД всеми силами старался скрыть от мира сам факт массового истребления голодом крестьян в Украине.

— Вы говорите, что Винербергер до того, как приехать на работу в Харьков, много лет был заключенным московской тюрьмы на Лубянке. Как он туда попал?
— Во время Первой мировой войны он воевал в рядах австро-венгерской армии. Попал в российский плен. В 1919 году попытался по поддельным документам бежать из советской России, но возле города Пскова попал в руки ЧК. Его обвинили в шпионаже в пользу буржуазных государств и упекли за решетку.
В начале 1920-х годов началось восстановление разрушенного народного хозяйства СССР. Инженеров и техников не хватало, вот советская власть и вспомнила об Александре Винербергере — он ведь был инженером-химиком. Его вместе с другими иностранцами держали во внутренней тюрьме на Лубянке. По утрам их стали возить на работу, а вечером возвращали за решетку. Винербергер занимал руководящие должности на заводе по выпуску лаков и красок.

— Семье разрешали приезжать к нему на свидания?
— Нет, но в 1928 году чекисты позволили Александру навестить родных в Австрии. Самое поразительное в этой истории то, что, имея возможность остаться на родине, он все же вернулся в Москву. Что заставило его так поступить? Новая семья в Советском Союзе? Каких-либо фактов в пользу такой версии нет. Скорее всего, чекисты дали ему понять, что он от них и на краю света не спрячется.
Нужно сказать, что за многие годы заключения у Винербергера установились доверительные отношения с некоторыми влиятельными сотрудниками карательных органов. Своим возвращением из Австрии он окончательно убедил советские власти в лояльности. Александру дали возможность жить вне тюрьмы, и вскоре к нему приехала молодая жена.
— В каком смысле молодая?
— Новая. В Австрии Александр познакомился с девушкой, которая была значительно младше него. У них завязались нежные отношения. Закончилось тем, что инженер развелся с первой супругой, от которой за многие годы разлуки отвык, и женился на юной дочери состоятельного промышленника.
— Он привез ее с собой в СССР?
— Нет, она сама к нему приехала. Получилось так: Александр вернулся в Москву, а через некоторое время встречал на вокзале беременную жену. Власти разрешили им отправиться в свадебное путешествие на Кавказ.
— А как Винербергер оказался в Харькове?
— В СССР в начале 1930-х годов строились около полутора тысяч новых заводов и фабрик. Своих инженеров и техников не хватало, поэтому привлекали за хорошие зарплаты иностранцев. Винербергеру предложили на правах вольнопоселенца отправиться в Харьков, тогдашнюю столицу УССР, на завод «Укрпластик». Он согласился. Приехал в Украину и увидел, что среди бела дня на улицах лежат умирающие или уже мертвые от голода крестьяне, которые добрались до Харькова в надежде раздобыть пропитание. Видел пухнущих от хронического недоедания детей, ставших беспризорниками, потому что их родители умерли голодной смертью. Он начал все это тайно снимать своей «Лейкой». На его фотографиях запечатлены толпы людей возле продовольственных магазинов. Несколько снимков сделаны на кладбище: длинные ряды ям, ведь привозили очень много умерших. На одном из снимков запечатлена прикрепленная где-то на окраине табличка с надписью: «Здесь категорически запрещается проводить похороны»…
— Каким образом Винербергеру удалось вывезти отснятые пленки за рубеж?
— В 1934 году он попросил, чтобы его отпустили с женой и маленькой дочерью на родину. Ему разрешили уехать, — видимо, учли многолетний честный труд на благо Страны советов. Он вначале хотел лететь на самолете, спрятав в багаже кассеты с пленками. В австрийском посольстве посоветовали не рисковать. В результате отправили опасные для Винербергера пленки дипломатической почтой, проверка которой запрещена. Так кадры Голодомора попали на Запад.
— Когда их обнародовали?
— В 1935 году, но фамилия автора фотографий не называлась — Винербергер боялся мести со стороны НКВД. Фотосвидетельства Голодомора показали миру кардинал Австрии Теодор Иннитцер и генеральный секретарь Международного комитета национальных меньшинств Эвальд Аменде. Они обращались в Лигу наций с требованием осудить массовое истребление крестьян в Украине и других частях советской империи. Это было крайне важно, ведь чекисты с их многочисленной агентурой на Западе, советская дипломатия, пропагандистская машина СССР добивались того, чтобы сам факт Голодомора замалчивался, а заявления о нем опровергались.
С этой целью в разгар голода чекисты заманили в Советский Союз известных писателей Бернарда Шоу и Эдуарда Эррио. Их возили по «потемкинским» деревням. Там под видом счастливых колхозников артисты харьковских и киевских театров показывали гостям спектакли «художественной самодеятельности». Проинструктированные «колхозники» рассказывали байки о сытой счастливой жизни. По возвращении на родину писатели говорили: «Какой голод?! Это все выдумки. В СССР крестьяне живут в достатке». НКВД взял в разработку руководителя московского бюро газеты «Нью-Йорк таймс» Уолтера Дюранти, и тот прислал в свою редакцию статью, в которой утверждалось, что нет никакого голода. Материал опубликовали, и советские пропагандисты повсюду им козыряли. И тут вдруг в Австрии появились неопровержимые доказательства Большого Голода: фотографии, на которых запечатлены мертвые люди на улицах Харькова. Видно, что в городе уже привыкли к такого рода сценам — харьковчане проходят мимо трупов, почти не обращая на них внимания. Представитель посольства СССР в Вене дважды выступал с требованием прекратить публиковать эти снимки.
— Как сложилась судьба Винербергера после возвращения домой?
— После аншлюса — присоединения в 1938 году Австрии к гитлеровской Германии — он решился написать и опубликовать мемуары о пребывании в российском плену и в застенках ЧК. В книге есть страницы, посвященные харьковскому периоду. К сожалению, эти воспоминания еще не переведены на украинский язык. Но это дело ближайшего будущего.
В конце 1930-х годов Винербергер попал под влияние правых сил и подал заявление в фашистскую партию. Ему отказали. Друзья посоветовали Александру не настаивать — его мама была еврейкой из Чехии. Об этом мало кто знал. Но если бы партийные чиновники взялись изучать биографию Винербергера, то могли докопаться до этого факта. Александр, видимо, хотел отомстить Советскому Союзу за годы, проведенные в неволе. Он вступил в Российскую освободительную армию генерала Власова. Ему повезло, что в плен его взяли западные союзники — попал бы в руки красноармейцев, казнили бы. На Ольшанском кладбище в Праге власовцев расстреливали тысячами. А англичане с американцами отпустили пленного Винербергера. Он умер своей смертью в 1953 году.
Открыть для Украины Винербергера и привезти его снимки в Киев выпало мне. До этого я неоднократно видел сделанные им фотографии, но кто их автор, не знал, как и остальные украинские историки. И вот в 2003 году меня пригласили в Австрию на научную конференцию. Одна из ее участниц рассказала мне, что в Вене в церковном архиве хранятся снимки о Голодоморе в Украине. Так я и узнал об Александре Винербергере. Для меня в Вене сделали высокого качества копии его фотографий, которые я передал в Киеве в архив имени Пшеничного.
На прошлой неделе в Киев из Великобритании приезжала правнучка Александра Винербергера 31-летняя фотохудожница Самара Пирс.
В Советском Союзе в начале 1930-х годов не хватало продуктов и самых нужных в быту вещей. А мой прадед был человеком предприимчивым. О таких говорят: «Свинец может превратить в золото». Он три раза попадал в милицию за коммерцию, которая в СССР была под запретом. К счастью, каждый раз ему удавалось выходить сухим из воды.
http://fakty.ua/258493-riskuya-popast-v-zastenki-nkvd-moj-praded-fotografiroval-zhertv-golodomora