Медицина

Всем сообщникам хороших выходных! Пока...

ru_psiholog
, 12 августа 2017 в 13:38
Всем сообщникам хороших выходных!
Пока мы ждем первых книжных рецензий для субботней книжной рубрики, хочу написать небольшую «оду поддержке». Мы периодически сталкиваемся с таким мнением, что поддержка сама по себе – это полная ерунда, оказывать ее ничего не стоит и никакого психологического смысла она не имеет (а то и наоборот, приносит вред).
Что думают об этом профессиональные психологи? Какое место отводится поддержке в психотерапии?
Само по себе слово «поддержка» это, конечно, не термин, а обычное бытовое, житейское слово. Поэтому для начала стоит обсудить, какое вообще содержание в него вкладывается. На мой взгляд, она может состоять из таких компонентов, как
принятие (демонстрация уважения к человеку и его ситуации; отсутствие отрицания или раздражения ситуацией или характером/действиями человека)
эмпатия (чтобы человека поддержать, надо его сначала понять; слова одобрения без вникания в ситуацию обычно звучат сухо и неискренне, «лишь бы отвязаться»)
подбадривающие слова разного рода, например, демонстрирующие, что мы готовы быть рядом с человеком, вникать в его ситуацию; что мы верим в его силы с ней справиться; проявление сочувствия; и так далее.
Основной функцией поддержки в психотерапии считается создание «атмосферы взаимной заинтересованности, доверия и взаимопонимания, что, в свою очередь, становится предпосылкой для преодоления защитных механизмов, тревоги и страха».
Когда речь идет о групповой терапии, проявлениями поддержки в адрес каждого участника могут быть:
«1) принятие его психотерапевтом и группой; 2) признания его личностной и человеческой ценности и значимости; 3) признание его самостоятельности, индивидуальности и права отличаться от других.»

Можно сказать, что поддержка в той или иной форме является краеугольным камнем большинства видов психотерапии; а вот конкретная ее трактовка зависит от направления. Так, Ирвин Ялом в качестве одного из ключевых факторов терапии выделяет «вселение надежды»; это важно и для индивидуальной, и для групповой терапии, в частности широко используется в группах самопомощи. Джеймс Бюдженталь видит цель терапии в том, чтобы «помочь клиенту почувствовать себя имеющим выбор там, где ранее он переживал вынужденность». А путь к этому он видит в том, чтобы человек оставил попытки усовершенствовать самого себя и, напротив, стал собой: «мы не должны ничего делать с собой, чтобы быть тем, чем действительно хотим быть; вместо этого мы должны просто быть по-настоящему самими собой и как можно более широко осознавать свое бытие».
Похожую функцию – тотальное и безоговорочное принятие клиента – видит в психотерапии Карл Витакер: «исповедуясь незнакомому человеку, открываешь свободу быть самим собой. Психотерапевта можно ненавидеть без чувства вины. С ним можно быть самим собой и при этом – не отвергнутым. Другими словами, психотерапевт может вытерпеть тебя, когда ты являешься во всей красе, на час-другой в неделю. Благодаря тому, что рискнул показать себя кому-то, становится легче показать себя самому себе».
Таких примеров можно приводить много, но наиболее ярко эта концепция, на мой взгляд, воплотилась в клиент-центрированной терапии Карла Роджерса. Он считал, что в человеке изначально заложена способность к развитию, «самоактуализации»; она никак не нуждается в том, чтобы ее стимулировать или направлять. Напротив, отсутствие безусловного принятия в детстве сбивает этот механизм самоактуализации; а безусловное принятие от терапевта или группы позволяет вернуться к самому себе, на свой естественный путь развития. И исходя из этого, «Возникает любопытный парадокс – когда я принимаю себя таким, каков я есть, я изменяюсь. Я думаю, этому научил меня опыт множества клиентов, равно как и мой собственный, а именно: мы не изменяемся до тех пор, пока безоговорочно не принимаем себя такими, каковы мы есть на самом деле. А затем перемена происходит как бы незаметно».

Гештальт занимает особое место среди других видов психотерапии – в том числе потому, что делает упор на развитии самодостаточности и индивидуальности, а не на поддержке других; потому, что в гештальт-терапии допустимо выражать разные эмоции со стороны терапевта, не только принятие и поддержку в адрес клиента. Тем не менее, основоположник этого вида терапии Фредерик Перлз также пишет о важности принятия. Его последователь Арнольд Бейссер разработал знаменитую «парадоксальную теорию изменений», которая гласит:
«изменение происходит тогда, когда человек становится тем, кто он есть на самом деле, а не тогда, когда он пытается стать тем, кем он не является. Изменение не происходит через намеренную попытку изменить себя самого или кого-либо, но происходит тогда, когда человек старается быть тем, кто он есть на самом деле – быть полностью вовлеченным в настоящее. Отвергая роль агента по изменениям, мы делаем так, что значимое изменение может произойти. Гештальт-терапевт отказывается от роли этакого «специалиста по изменениям», так как его стратегия – поощрять или даже настаивать на том, чтобы пациент был тем, кто он есть на самом деле. Он верит, что изменения не происходят с помощью намеренных попыток, принуждения или убеждения, или путем инсайта, интерпретаций, или чего-либо подобного по смыслу. Скорее, изменение может произойти, когда пациент отказывается, хотя бы на некоторое время, от попыток стать тем, кем он хочет стать, и пытается быть тем, кто он есть на самом деле. Посылка состоит в том, что человек должен остановиться на одном месте, чтобы иметь некоторую (небольшую) опору для движения, и ему тяжело или невозможно двигаться без такой опоры.»
(Советую прочитать работу «Парадоксальная теория изменений» всем, кто безуспешно пытается менять себя или других).
Поэтому поощрение быть самим собой, поддержка в том, чтобы видеть реальность и принимать ее, - естественные механизмы и гештальт-терапии.

Что касается психоаналитических направлений, современные их виды также признают важность поддержки в процессе терапии. Так, Хайнц Кохут считает важным транслировать пациенту, что понимает его точку зрения – на ранних этапах терапии не предлагая, помимо этого, интерпретаций или какой-либо информации от себя. Потому что необходимая база для психоаналитической работы - «смягчение критического отношения пациента к собственным переживаниям и психическим процессам»; нужно «обеспечить пациента защитой от собственного внутреннего критика, который может уничтожить процесс обращения внутрь себя, назвав его бессмысленным, нелепым или неуместным.»
Существует несколько техник, предназначенных именно для того, чтобы клиент почувствовал поддержку, ощутил себя понятым/понимаемым. Это перефразирование и отражение чувств. В первом случае психолог повторяет сказанное клиентом, в более сжатой и ясной форме. Во втором - "отзеркаливает" и называет эмоции, которые были вербально или невербально выражены клиентом. Одна из разновидностей последнего - "суммарное отражение чувств", охватывающее эмоции целого временного отрезка, например всей терапевтической сессии.

Фактически всю историю своего существования психология, психотерапия и даже психиатрия колеблются между двумя полюсами: максимально отгородиться от клиента/пациента и его проблем, выписав ему нечто (будь то таблетка, «волшебный пинок» или сверхэффективная техника). Или, напротив, максимально войти в контакт и погрузиться в его личность и его проблемы; «лечить» человека человеком, то есть искренним и живым человеческим контактом, в первую очередь. По некоторым исследованиям, эффективность психотерапии практически не зависит от применяемого метода, метод не играет решающей роли для достижения результата. Если это так, то, что работает, – не техника и не набор советов и умений, а именно здоровый контакт между двумя людьми. Те самые пресловутые поддержка и принятие.

[Были использованы статьи и ресурсы:
И.Е. Лилиенталь, «Соотношение психологической поддержки и психотерапии»
livelib.ru
Википедия
Ягнюк К.В., «Природа эмпатии и ее роль в психотерапии»]